Category: армия

Category was added automatically. Read all entries about "армия".

kukish

Основное

Этот журнал называется гилеец, потому что я имею некоторое отношение к книгоиздательству «Гилея», в котором вышли три книги в моём переводе.

Самое важное и интересное в этом журнале: Collapse )
hugo

Русский человек на rendez-vouz

«Дело Трушевского» в моем восприятии странным образом преломилось под тем углом, что, как только разразилась шумиха, я случайно наткнулся на эссе Николая Чернышевского «Русский человек на rendez-vouz». Если пересказать грубо и по верхам некоторые мысли, то Чернышевский говорит, что «люди из лучших между нами, очень образованные, чрезвычайно гуманные: проникнутые благороднейшим образом мыслей» потому в конце концов поступают самым подлым и пошлым образом, что «жизнь приучила их только к бледной мелочности во всем».

Намедни, затронув эту тему в e-mail переписке с товарищем К., я высказал несколько осторожных суждений по поводу того, что «Трушевский хоть и виноват, но его «среда заела», что он принял правила, принятые в его окружении (об этом писала Надя Плунгян); что, в конце концов, оступился человек, попал в невыносимо пошлую историю и теперь при упоминании его фамилии вспомнят не о его работах, а вот об этом». Чернышевский, кстати, такую тему тоже затрагивает: он различает «вину» и «беду» человека. Можно, конечно, придерживаться мнения, что «гений нуждается в оргии» (Дмитрий Гутов цитирует Бальзака), но в данном случае, мне видится, что вины Трушевского и беды его здесь поровну. Может, представления мои слишком идеалистические, но вряд ли бы в такую историю попал человек, который сам не был прежде растлен (в переносном смысле).

Вот как ответил мне К.knizhnik: Collapse )
László Moholy-Nagy

Малограмотный противник будет пытаться понять

   

Дочь её, Наденька, ещё до революции сделалась страстной антропософкой, почти полтора года прожила со Штейнером в Гетеануме, потом вернулась в Россию, но и здесь продолжала быть одной из активнейших членов антропософского союза. В частности, именно она, в юности проучившись несколько лет в балетном училище при Мариинском театре, ставила у них эвритмические танцы. Раз в неделю, обычно по воскресеньям, у Наденьки собиралось по шесть-семь последовательниц Штейнера; они переодевались в длинные белые одеяния и самозабвенно, в то же время грациозно и плавно, танцевали одну букву штейнеровского языка за другой. Нина время от времени заглядывала на её репетиции, танцы антропософок случалось видеть и Коле.

   

Даже не знаю, что его больше в них поразило: красота самого танца или что когда-нибудь люди будут беседовать, вытанцовывая буквы, слова и целые фразы. Теперь Коле пришло в голову, что если он обучит собственное войско хотя бы азам эвритмии, если оденет его в такие же длинные белые одеяния и на Ходынке перед юродивыми Феогноста оно начнёт танцевать, пока малограмотный противник будет пытаться понять, что именно Колин отряд хочет сказать своими па, его легко разгромить наголову.

   

Трудно сказать, убедили ли Наденьку Колины доводы или она посчитала, что деваться ей некуда, так или иначе репетиции начались и до самого поединка шли очень интенсивно, по многу часов в день. Правда, следует пояснить, Наденька сразу честно призналась, что как бы старательно они ни занимались, обучить его отряд всему, что она знает, за месяц невозможно; кроме того и она, Наденька, умеет танцевать лишь три четверти букв и, в частности, не представляет, как танцуются мягкий и твёрдый знаки. Целые же фразы в России вообще никто никогда не танцевал, чтобы обучиться им, надо ехать к Штейнеру в Гетеанум. Колю её слова неприятно поразили, но, к счастью, он нашёл выход. Наде он сказал, что уверен: для победы вполне хватит, если она обучит танцевать его людей всего двум буквам. Первая и главная — звук «А», крик атаки, с которой они и бросятся в бой, сминая армию Феогноста, сколь бы велика она ни была. Вторая буква «О»; когда кто-нибудь из его отряда будет ранен и ему понадобится срочная помощь, достаточно будет станцевать «О», и он Коля, в прошлом военный санитар, немедля откликнется на призыв.
— Владимир Шаров. «Воскрешение Лазаря»
kukish

If I Had a Hammer

У меня странная ситуация. Я оказываюсь адвокатом всех кто попал в эти страшные истории. И я устал.
Я устал встречать своих знакомых в криминальных хрониках. Я устал от того что за неделю до произошедшего мы сидели с Михаилом Бекетовым в его доме. И он мне жаловался, что он один против всех.
И это оказалось правда.
Я устал от того, что я открываю уголовные дела и первым же пунктом обвинения идёт то, что человек является представителем движения антифа. И за это не только предъявляют обвинения. За это арестовывают и сажают как сейчас Олесинова.
Я устал читать криминальные хроники и ловить списки убитых. Как недавно про Филатова, которого убили прямо у подъезда. Это уже не работа. Это уже вопрос выживания. Если сейчас Михаилу Бекетову нужна кровь, то нам всем нужна защита. Нам нужна защита от нацистов. Нам нужна защита от мафиозных властей. Даже от тех же правоохранительных органов, которые просто часто прислуживают им. Нам всем нужна защита.
И мы прекрасно понимаем, что кроме нас самих, нам больше никто, никогда эту защиту не даст. Ни Бог, ни царь, ни закон. Уже никто. Только мы сами. И вот тогда, когда мы поставим друг другу плечо, когда мы сможем друг друга защитить — только тогда мы прорвемся. Надеюсь что это будет. Иначе мы здесь зря все собрались.
— Станислав Маркелов

— Всегда происходит деление на насилие и не насилие, и это неправильно. Делить надо на жизнь и смерть. Вот то деление, о котором мы начинаем говорить, не про насилие и ненасилие, а про жизнь и смерть. Если ты стремишься жить, и твоё насилие направлено на того, кто препятствует тебе в этом, я не назову это насилием. Я назову это жизнью. Но полицейское насилие и военное насилие направлено на убийство других, и такое насилие есть смерть.
Вот в чём разница. Я устал от этих разговоров о насилии и ненасилии. Речь идёт о жизни и смерти, и наше сообщество имеет отношение к жизни, а не к смерти.
— Если вернуться к теме защиты, вы ведь будете защищаться, я правильно понял?
— Правильно.
— Каким образом? Оружием?
— Я буду защищаться соответствующим нападению образом. Если нападают словесно, то мы найдём, что сказать в ответ. Нападут в культурном отношении — соответственно. Если это насилие, с применением силы — мы ответим тем же. Если на нас направят оружие — то будет и оружие.
— Исходя из того, что ты говоришь, стоит ли делать вывод, что у вас есть запасы оружия?
— Наша энергия — это и есть оружие.
— И ты не имеешь ввиду ничего материального? Типа ружей, пистолетов? Я просто хочу прояснить этот момент.
— Если ты в меня стреляешь, как адекватно я могу реагировать?
— Станешь стрелять в ответ?
— Я всё сказал.
— Так у вас есть запас оружия или нет?
— Нет. Ни у кого нет запасов. Никому это на фиг не нужно. Запас оружия у полиции.
— Up Against the Wall Motherfuckers